Прошел уже почти месяц с тех пор, как "Украинская правда" обнародовала часть материалов по делу "Мидас", которые касались как жилого комплекса "Династия", так и махинаций Миндича в сфере обороны. Но если по "Династии" мы даже увидели подозрение самому Андрею Ермаку, то в части оборонки никаких действий со стороны НАБУ пока не наблюдается.
Зато в последнее время стало модно запускать дискуссии о том, стоит ли вообще расследовать коррупцию в оборонке, ведь это "не к месту".
Но за этот месяц произошло немало событий, которые пролили свет именно на оборонные схемы Миндича. Поэтому пора поговорить об этом подробнее и напомнить, почему расследования в сфере обороны полезны даже во время войны.
Яйца по 17
Первый крупный коррупционный скандал, связанный с закупками в оборонной сфере, произошел в январе 2023 года и касался закупки яиц по 17. Что произошло в этом случае? Министерство обороны, получив на время военного положения возможность заключать прямые контракты вне системы Prozorro, решило, что можно не только закупать быстрее и дешевле, но и позволять зарабатывать своим знакомым.
Так в результате этих схем контракты получила компания "Актив Компани", и вдруг некоторые продукты оказались значительно дороже, чем они на тот момент стоили в супермаркетах. О чем и написал Юрий Николов.
История вызвала большой резонанс в обществе и привела к тектоническим сдвигам. Закупки нелетальной продукции вернули в систему Prozorro – несмотря на всевозможные попытки это остановить и рассказы о том, что все предприятия станут жертвами атак врага.
Не разбомбили. Но это позволило государству сэкономить более 6,8 миллиарда гривен за шесть месяцев 2023 года. Если говорить очень грубо, как "о средней температуре по палате", это означает, что фактически государство получило возможность заключить дополнительно около восьми контрактов на оружие, каждый, скажем, на 100 тысяч мин.
Куртки и возвращение контроля качества
Следующий крупный скандал касался закупки так называемых "летних" курток в компании, связанной с родственником нардепа Касая, и уже привела к увольнению тогдашнего министра обороны Алексея Резникова.
Эти куртки на самом деле не были летними, но они не соответствовали ни одному из утвержденных Министерством обороны технических требований к этому виду одежды. И главным следствием этого скандала стала не смена министра, а то, что МОУ под давлением общественности, в частности, вновь созданного Общественного антикоррупционного совета Минобороны, отменило упрощенный и вернуло стандартный порядок проверки качества.
Сами куртки из-за проколов в поставках "Государственного оператора тыла" потом все-таки выдали войскам, но это уже другая печальная история о том, стоит ли допускать к тендерам компании без собственной производственной базы.
Голодные игры специмпортеров оружия и запуск АОЗ
К сожалению, скандалы с закупкой оружия не имели такого вау-эффекта, как с яйцами, но за 2023 год журналисты написали десяток расследований о том, что Министерство обороны почему-то часто заключает контракты с определенными компаниями по ценам, значительно превышающим предложения конкурентов.
А украинские импортеры оружия так соревновались между собой за контракт, что ходили по заводам и завышали цены, уверяя, что контракт получат именно они.
Публикации и непубличные жалобы партнеров заставили тогдашнего министра обороны Резникова запустить процесс создания двух закупочных агентств, чего гражданское общество добивалось много лет. Новосозданное Агентство оборонных закупок значительно улучшило порядок закупок оружия и принятия предложений от компаний, а в последний месяц МОУ даже провело закрытый тендер на 155 мм выстрелов, сэкономив 16%.
Как видим, все эти случаи – будь то яйца Глиняной, куртки от родственника депутата Касая или компания "Львовский арсенал", которая не привезла мины, но которой заплатили цену выше, чем компаниям, поставлявшим ту же продукцию в тот момент – это не просто единичные случаи. На самом деле, за каждой из этих историй стоят гораздо более системные вещи, и они влияют не на один контракт, а на весь процесс. После публичных скандалов государственный механизм стал работать значительно лучше.
Хотя 20 журналистов прекрасно помнят офрек в Минстратегпроме, когда за то, что они решились обнародовать информацию о бракованных минах от Павлоградского химзавода, их обвинили в работе на одного специмпортера. На самом деле, до того момента, как журналисты озвучили проблему, в Министерство обороны не поступило ни одной рекламации на эти мины. А потом военные почувствовали поддержку и их прислали. В итоге – СБУ через полгода арестовала руководителя завода, а недавно даже озвучила, что бракованные мины делали умышленно.
Так стоило ли журналистам поднимать скандал?
Схемы Миндича в оборонке
Теперь поговорим подробнее о том, что касается оборонки в деле Миндича.
Итак, в ноябре 2025 года прокуроры САП заподозрили Тимура Миндича в том, что он давил не только на министра энергетики Германа Галущенко, но и на министра обороны Рустема Умерова, пытаясь продвинуть свои интересы. Слушание дела Миндича проходило в закрытом режиме, поэтому материалы, касающиеся оборонки, так и не были обнародованы – кроме единственного фрагмента, который касался именно того, что Миндич оказывал давление на Умерова, требуя принять бронежилеты компании "Миликон".
Так сложилось, что благодаря жалобам украинских производителей еще в начале 2025 года это дело попало на радары Общественного антикоррупционного совета при Министерстве обороны Украины. ГАР МОУ была создана как раз в результате скандала с "яйцами по 17", чтобы гражданское общество – избранные украинцами люди – имело возможность контролировать закупки Министерства обороны.
Это было абсолютное ноу-хау, нечто неприемлемое и непонятное для большинства мира: такого не существует ни в одной европейской стране. Тем не менее такая активность гражданского общества дала свой результат.
Так вот. В феврале в ГАР обратились украинские производители, которые указали на то, что с тендерами на закупку бронежилетов происходит что-то странное. Объявленные в конце 2024 года тендеры внезапно получили расширенные квалификационные критерии – и позволили таким образом участвовать компаниям, которые в ином случае не подпадали бы под эти требования. По крайней мере, они не смогли бы принять участие в двух тендерах, которые проходили накануне.
Этот тендер выиграла компания "Крепость защиты", созданная в 2020 году. Ее уставный фонд – 500 грн. Основной КВЭД – неспециализированная оптовая торговля; второй КВЭД – оказание услуг по перевозке вещей.
В торгах "Крепость защиты" участвовала как дистрибьютор израильской компании "Масада Армор Сой", договор с которой она подписала 9 октября 2024 года.
Но, как оказалось, компания-победитель не имела лицензии на производство и продажу оружия, поэтому ее победу отклонили. Однако вместе с ней отклонили и сам тендер – на 1,6 млрд грн, хотя в нем участвовали другие компании, имевшие соответствующие лицензии. Тогда на запрос журналистов "Государственный оператор тыла" (ГОТ) ответил, что тендер отменили из-за неравных условий и обстоятельств, которые нельзя было изменить.
Что происходит дальше? Большую часть бронежилетов переторговывают, и на этот тендер выходит только украинский производитель "Темп-300".
А вот на следующий выходит компания "Миликон ЮА", купленная за несколько дней до тендера теми же людьми, которые владеют "Фортецей защиты".
Чтобы эта компания приняла участие в тендере, в нем снова появляются поправки в документации, которые расширяют квалификационные критерии – что удобно для этой компании. Компания выигрывает торги, но конкуренты снова обращают внимание на то, что она подала не свой акт соответствия на бронежилет, что является очень важным элементом участия в тендерах Минобороны.
Компания также является представителем израильской компании "Масада Армор Сой", с которой заключила договор перед тендером, но подала акт соответствия, полученный компанией "Крепость защиты".
Украинские производители видят это и подают жалобу в Госаудитслужбу (ГАСУ). Та начинает мониторинг и к концу марта выносит предписание: поскольку компания "Фортеця захисту" не является участником хозяйственных отношений в этом тендере, контракт необходимо расторгнуть. ДОТ не соглашается с этим и подает в суд.
А дальше с бронежилетами происходит очень интересное. С ГАР МОУ через разных людей начинают контактировать представители правоохранительных органов и спрашивать, не знают ли представители организации вдруг, чьи это бронежилеты. Позже начинает поступать информация, что, хотя эти бронежилеты и прибыли в Украину, но не соответствуют стандартам. Также из разных источников намекают, что испытания и акты соответствия были проведены, скажем так, с тем, чтобы компания получила положительный отзыв.
Поставка бронежилетов была разбита на 4 очереди, с конечным сроком поставки 28 августа 2025 года. В середине июля уже было известно, что ни один бронежилет от украинско-израильских поставщиков пока не принят.
В то же время в июле проходит совещание в Министерстве обороны, на которое приходят представители СБУ и спрашивают у Центрального управления контроля качества МОУ: а что с бронежилетами? На что представители министерства отвечают, что принимать их не будут, потому что мало того, что там несоответствующая пластина, они еще и сшиты "так косо, что их просто стыдно показывать военным". Это заседание проходит буквально за два дня до смены состава Кабмина, когда уже известно, что Рустема Умерова уволят с поста министра обороны и он перейдет работать в СНБО.
Бронежилеты так и не были приняты Минобороны. В августе их отправляют на повторную баллистическую экспертизу, которую они не проходят.
И вот в ноябре, когда САП объявила подозрение Миндичу, стало понятно, кто стоял за этой историей. Тимур Миндич – бизнесмен из ближайшего окружения президента, который считал нормой вызывать к себе министра обороны и говорить с ним, что нужно заключить контракт.
"Скажи ему, что я не хочу больше слышать от Тимура про бронежилеты, а я с ним встречаюсь два раза в неделю". "Ну это одна твоя команда и всё". "Реши этот вопрос, прошу тебя, или это какой-то пи*дец будет". "Просто там 7 [нрзб]–300 миллионов вложено, половина моих денег", – говорит Миндич Умерову.
Деньги не потратили, но не было ли преступления
В апреле УП опубликовало утечку из материалов дела, фактически фрагмент разговора Миндича с Умеровым, который состоялся в конце июня и касается: а) бронежилетов; б) финансирования компании Fire Point.
Из обнародованного отрывка становится понятно, что Миндич очень заинтересован в том, чтобы бронежилеты были приняты. Плюс он откровенно договаривается с министром обороны о том, чтобы профинансировать компанию Fire Point – чтобы она получила как можно больше финансирования. Также они обсуждают продажу компании покупателю из ОАЭ и то, что половину полученных денег можно будет затем вывести в наличные. При этом Миндич как-то удивительно осведомлен о том, что и когда может сделать компания, и в каких объемах.
НАБУ до сих пор этот фрагмент не подтвердило. За полгода скандала Умеров почти ничего не комментировал по этой ситуации – кроме того, что говорил, что дал показания НАБУ.
Между тем других фигурантов этой истории допросили на заседаниях временных следственных комиссий. Сначала на ВСК Ярослава Железняка и Анастасии Радиной были представители ДОТ, которые дали объяснения своих действий по этому контракту.
Они отрицали, что знали о том, что это бронежилеты Миндича. Сказали, что подобные квалификационные критерии применялись 14 раз в течение года, а в том, что они приняли документ не участника, а посредника, нет преступления, потому что это все равно один и тот же производитель, поэтому нет смысла запрашивать аналогичный документ у этой компании.
Параллельно с этим вышел материал издания Babel, который представляет позицию поставщика: что они хотели как лучше, а их хорошие бронежилеты не приняла строгая приемка, потому что они не прошли по габаритам. У кого-то может сложиться впечатление, что это что-то незначительное – но в эти габариты входит, в том числе, площадь пластины бронежилета и то, сколько в ней резины.
А во второй раз эти бронежилеты не прошли баллистическую экспертизу вообще.
Интересно, что на заседании ВСК 5 мая Ярослав Железняк зачитал свою утечку из дела "Мидас", и там фигуранты в разговоре вообще признают, что привезли бракованный продукт. И радуются, что не выиграли тендер на 1,6 миллиарда.
Гораздо интереснее стало через несколько дней, когда на заседание ВСК Алексея Гончаренко пришел руководитель АОЗ Арсен Жумадилов. Из того, что он рассказал, становится понятно, что еще в марте 2025 года он знал, что за этими компаниями-поставщиками бронежилетов стоит Тимур Миндич. Но очень интересно, каким образом Арсен Жумадилов об этом узнал.
По словам нынешнего руководителя АОЗ, однажды вечером, когда Жумадилов уже был дома, ему перезвонил министр Рустем Умеров, попросил собраться и поехать с ним на встречу. Жумадилов вышел из дома где-то в шесть вечера и уехал куда-то в машине министра. Вероятно, в квартиру на Грушевского – точно вспомнить маршрут он не смог. В квартире были Тимур Миндич и еще один человек, который говорил на иврите. Именно на этой встрече, которая, по словам Жумадилова, носила скорее "общий характер", он узнал, что Миндича очень интересует, чтобы агентство приняло бронежилеты.
И вот здесь очень интересный нюанс. Арсен Жумадилов на тот момент уже был руководителем Агентства оборонных закупок, которое закупает оружие. Бронежилеты же закупал "Государственный оператор тыла", который Арсен Жумадилов возглавлял до конца февраля. То есть в марте Жумадилов в принципе уже не должен был заниматься бронежилетами – полномочия главы реструктуризационной комиссии он получил уже в конце апреля (и фактически снова руководил двумя агентствами).
Будем честны, подобная поездка руководителя АОЗ, которого министр без предупреждения приглашает к бизнесмену, который фактически навязывает ему закупку, выглядит очень странно.
А еще Жумадилов подтвердил свой разговор, который был обнародован в материале Михаила Ткача. То есть фактически подтвердил подлинность записи.
Кроме Арсена Жумадилова, на комиссии Алексея Гончаренко показания дал и бывший заместитель министра обороны (во времена руководства Умерова и Шмыгаля) Николай Шевцов. Что важно и интересно: в своих показаниях на комиссии Гончаренко он подтверждает, что Умеров действительно звонил ему из квартиры Миндича, и то, что было обнародовано в СМИ, так и было. Николай Шевцов, правда, не был в курсе, что в тот момент находится на громкой связи и его ответы так же слышит другой человек – Миндич.
Что говорит на записи Шевцов: "Смотрите, Арсен позвал, всех собрали, показали эти. Это были не израильтяне, это были посредники. Они увидели, что действительно привезли "лажу". Сказали, что будут переделывать, и пропали без вести. То есть, они привезли не новое, посредник сказал, что будет разбираться с поставщиками".
Шевцов подтвердил, что министр несколько раз давал ему поручения по поводу бронежилетов и намекал на то, что их нужно принять, мотивируя это тем, что это будет что-то в рамках сотрудничества с Израилем, от которого Украина хочет получить оружие.
"Говорит: у нас там какие-то проблемы с приемкой бронежилетов, это израильские бронежилеты. Сейчас мы с ними плодотворно работаем, чтобы организовать закупку вооружения, а они нам дают обратную связь: "Вы не можете с бронежилетами разобраться, какие закупки?". Разберись, говорит, с этим вопросом", – пересказал слова министра Шевцов.
Большой вопрос – насколько добросовестно в этот момент действует министр обороны, когда давит на своего подчиненного и просит принять бронежилеты, которые забракованы приемкой.
Почему нужны расследования
Что сделал Шевцов – и почему это также свидетельство в пользу того, что антикоррупционные расследования нужны? Потому что с момента "яиц по 17" очень много людей из министерства обороны ходили на допросы в ГБР и НАБУ. Часть фигурантов, включая Татьяной Глиняной и бывшим главой департамента закупок МОУ Богданом Хмельницким – получили подозрения.
Это привело к тому, что в какой-то момент среднее звено министерства решило для себя, что они не хотят идти в тюрьму за то, что им навязывают высокопоставленные чиновники. Например, бывшая глава АОЗ Марина Безрукова в интервью говорила, что высокопоставленные чиновники СОУ пытались ей в устной форме давать указания, у кого и как закупать оружие. И Безрукова отвечала: если они так хотят, то пусть пишут письменное поручение. Чтобы отвечать вместе.
В других случаях это также привело к сопротивлению в министерстве. Шевцов не стал выполнять указание министра. Вместо этого он собрал большую рабочую группу, на которую вынесли результаты второго отстрела бронежилетов компании "Миликон". И бронежилеты снова не были приняты.
Исчезновение следов
После этого произошло еще несколько интересных вещей. Буквально через месяц после этой истории руководитель ЦУКЯ – Центрального управления контроля качества – Игорь Лещенко был арестован по деле о приемке некачественных баллистических очков. Именно ЦУКЯ было расформировано, его полномочия передали другому управлению – Государственного обеспечения качества, которое должно было заниматься только проверкой оружия.
Еще интереснее сложилась ситуация с Центральным управлением развития материального обеспечения (ЦУРМЗ). Именно оно выдавало акт соответствия компании "Миликон". И вот вдруг, в октябре 2025 года, это управление решили ликвидировать и передать его функции Командованию сил логистики.
Уже позже, когда разразился "Миндичгейт", в министерстве ходили слухи о том, что ЦУРМЗ ликвидировали не просто так, а чтобы спрятать хвосты в деле бронежилетов. Более того, из общения со следователями НАБУ автору известно, что экземпляр бронежилета от компании "Миликон", который должен был остаться в министерстве, куда-то исчез.
Поскольку закупка бронежилетов не состоялась, а контракт не выполнен из-за того, что бронежилеты так и не были приняты, то сейчас решают, имело ли место преступление и по какой статье квалифицировать разговоры между Миндичем, Умеровым и представителями Министерства обороны.
Но есть определенные вещи, которые точно уже оказали очень плохое влияние на работу министерства.
Когда "Государственный оператор тыла" квалифицировал компанию "Миликон", он допустил компанию, не имеющую надлежащего уставного фонда, который позволил бы ей оплатить штрафы. Еще в 2023 году во время аудита нелетальных закупок Счетная палата указала на большой риск заключения контрактов с подобными компаниями. То есть фактически сам Государственный оператор тыла создал очень опасный прецедент: есть компания с низким уставным фондом – и она заключает контракт, ничего не поставляет, а потом еще и не сможет выплатить штрафы. А значит, министерство не получит денег за потерянное время и риск жизней военных.
Также попытка скрыть следы привела к очень плохим последствиям для самого министерства. ЦУРМЗ перевели в подчинение Командования сил логистики без прописания надлежащих полномочий. Новый приказ о распределении полномочий должен вступить в силу только с июня. Все это время работа над новыми техническими спецификациями амуниции находилась в подвешенном состоянии. Лишь неделю назад новые технические спецификации (40 штук) представили к обсуждению – хотя некоторые из них главнокомандующий требовал еще в 2024 году, как, например, "летний баллистический костюм".
Поэтому даже в этой части видно, что это не просто дело Миндича, а гораздо более широкий кейс.
Fire Point
Теперь об оружии. В отличие от нелетальных закупок, которые можно изучить через Prozorro, проверить документы по оружию невозможно. Здесь уже только правоохранители смогут выяснить, были ли адекватными цены на продукцию компании Fire Point и только ли качество продукции этой компании заставило государственных чиновников выделять ей средства, или была еще какая-то другая мотивация.
Однако самый большой вопрос к Fire Point касается того, что Миндич и люди, владеющие компанией, исторически близки к президенту. А соответственно – вопрос о том, насколько придирчивыми были представители Генштаба и Минобороны вначале к изделиям этой компании.
Дело в том, что в конце 2025 года НАЗК выпустило обширное исследование, касающееся коррупционных рисков при закупке дронов. 70 страниц описывают десятки лазеек в системе закупок, которые фактически позволяли в ручном режиме закупать те или иные дроны и создавать условия для фаворитизма в отношении конкретных изделий. Это и закупка по названию, и внесение в первый перечень потребностей, и классификация дронов по ТТХ (тактико-техническим характеристикам), которые предоставляет сама компания, а не на основе испытаний.
Поэтому, опять же, вопрос к правоохранителям: смогут ли они проверить, насколько добросовестной и законной была деятельность чиновников МОУ в отношении компании Fire Point? И действительно ли это ее уникальные наработки, а не наработки, которые, возможно, принадлежали Министерству обороны или другим государственным компаниям, но были переданы по чьему-то приказу в частные руки?
ГАР МОУ направило не один запрос в АОЗ по делу Миндича. Но получило ответы, что информация засекречена. Эта формулировка использована не только в ответе о том, сколько в целом заработала компания Fire Point. Точно так же оказался засекреченным аудит по закупке бронежилетов. Как сообщают источники, этот документ не сильно лестный для действий закупочного агентства.
Но дальше это дело НАБУ. Или депутатов, которые смогут истребовать и обнародовать этот аудит. Потому что он не об оружии. Он о действиях чиновников.
Татьяна Николаенко, для УП